ПОДОЛЬСКИЕ НОВОСТИ. ПОДОЛЬСК. Подольский ФОРУМ

 

НОВОСТИ - администрации - благочиние - культура - история  - знаменитые люди - телефонная книга - школы - ВПО "Память" - галерея -  ФОРУМ

 

Три кита Подольского комсомола

 

Этот диалог работников Подольского ГК ВЛКСМ образца 80-х годов не о «прославленной» фирме и не о трех секретарях горкома, на которых, как на трех мифических китах, формально держалась 30-тысячная организация. Они еще не такие старые, чтобы предаваться ностальгическим воспоминаниям, но и не такие молодые, чтобы вести отсчет новейшей истории с августа 91-го года. На многие вещи у них свой взгляд, в том числе на наше прошлое. И они помнят – из песни слов не выкинешь – в этом году комсомолу исполняется 90 лет. Разные эпохи – разные свершения. А что «последний» подольский комсомол дал молодежи в реальном измерении, без показушных действ и трафаретных речей? О каких делах можно говорить со спокойной совестью, а о каких с чувством досады? Не будем забывать и тот факт, что из рядов последних комсомольских функционеров вышло немало деловых людей. В структурах комсомола вызревали и рождались на свет экономические новации. Обо всем этом – в диалоге первого секретаря ГК ВЛКСМ тех лет, ныне секретаря Политсовета Подольского городского отделения партии «Единая Россия» Сергея Стесикова и его тогдашнего подчиненного, зав. отделом горкома, в настоящее время – журналиста, поэта и документалиста Вячеслава Ерохина.

 

 

 

 

В.Е. – Сергей Владимирович, я что-то подзабыл, на каких таких трех китах держался Подольский комсомол? Секретари парткомов, директора заводов и освобожденные комсомольские работники?

С.С. (улыбается) – Ты, Вячеслав Михайлович, занимался идеологией, а это, как известно, надстройка. Три кита – базис – забота орговиков. Директора и партийные активисты – это те, кто, образно говоря, временами помогал «китам» удерживаться на плаву. С приемом в комсомол, сбором взносов и организацией субботников для зарабатывания привлеченных средств – сейчас бы сказали – во внебюджетный фонд. Это и есть «три кита» – каркас организации.

В.Е. – Ты был освобожденным секретарем на Механическом заводе, позже возглавил городскую организацию. Где было труднее работать по этим трем направлениям?

С.С. – Труднее работать с людьми, особенно на таком заводе, как Механический. По сравнению с другими предприятиями, контингент там был сложный, высокая текучесть.

В.Е. – Но все же прием шел, взносы собирались и субботники проводились…

С.С. - …благодаря организаторской работе, личным контактам с секретарями первичек.

В.Е. – Интересная была ситуация: заплати взносы, да еще выходи на субботники. Дети перестройки этого не поймут.

С.С. – Но ведь и родители комсомольцев тех лет находились в такой же ситуации, как они: партийные и профсоюзные взносы платили, в тех же субботниках участвовали. То ко дню рождения В.Ленина, то в Фонд мира. Дети это знали, и многие со школьных лет воспринимали как должное. Такой была система.

В.Е. – Но ты возглавил заводской комсомол в 1984 году, когда система на глазах разваливалась. Как удавалось выкручиваться со сбором  привлеченных средств?

С.С. – По разному. Помню, на заводе завершалось строительство окрасочно–сборочного корпуса. Строители покинули здание, но после них остались горы мусора. Провели совещание с секретарями первичек, прикинули возможности. Ты помнишь, завод работал в две смены. Спрашиваем у секретарей: «Реально организовать выход на субботник после первой смены»? Говорят: «Реально». – «А после второй?» – «Сложнее, но будем стараться.» На том и порешили. Встречаемся с начальником транспортного цеха В.Аксеновым, говорим, сколько нужно транспорта. Конечно, прикидывали на глазок. Трудно было сказать, сколько человек сможет заниматься тяжелым физическим трудом после работы. Но первая же смена не подвела.

Меня вызвал с докладом директор завода В.Любодеев. Выслушал и связался с начальником транспортного цеха. Тот доложил о количестве вывезенного мусора. Директор пожал мне руку. Вторая смена тоже хорошо поработала. В общей сложности на субботник вышло около тысячи человек – половина списочного состава нашей организации. После этого завод перечислил нам деньги, которых хватило на покрытие годового плана по привлеченным средствам.

В.Е.- Удавалось какую-то часть этих денег тратить самим?

С.С.- Удавалось. Помню, для подшефной 24-й школы шторы купили, на организацию турпоходов расходовали. Но в основном привлеченные средства шли на организацию областных, республиканских и союзных мероприятий. Самый яркий пример – строительство в столице Дворца молодежи. На него работали комсомольцы всего Советского Союза.

В.Е. - Этот дворец и сегодня функционирует.

С.С. - Да, но вопрос в том кому он принадлежит...

В.Е. – А ведь кроме привлеченных средств существовала своего рода «косвенная привлеченка». В 1985 году, до твоего прихода в горком, в Москве проходил международный молодежный фестиваль. Специально к этому событию выпустили тираж лотерейных билетов и раздали для реализации на места. На Подольск выпало 25 тысяч билетов стоимостью один рубль. По сегодняшним ценам – порядка 25 миллионов. Горком занимался их реализацией. Каждой организации выделялось определенное количество, с условием: билеты назад не сдавать. И, что интересно, инструктору, занимавшемуся сбором денег, даже сейф не выделили. Он складывал «выручку» в ящик стола. А когда его не было на месте, секретари клали деньги сами, оставляя записку, кто и сколько принес. Акция продолжалась два месяца, и за это время ни одного рубля не пропало. Хотя возможностей для воровства было более чем достаточно.

С.С. – Да, сейчас в это многим трудно поверить… Мне в этой связи вспоминается один случай. В 1988 году в Армении произошло разрушительное землетрясение. В это время в Москве проходила областная партконференция. Я был в числе делегатов. При регистрации каждому давали по десять рублей на питание в течение двух дней. Во время прений кто-то из делегатов предложил перечислить эти деньги в фонд помощи Армении. На выходе из зала выставили картонную коробку, и все 650 человек стали складывать в нее  червонцы. Никаких финансовых документов не составляли. А потом, при пересчете, выяснилось, что денег в коробке больше, чем можно было ожидать от такого количества делегатов.

В.Е. – Конференции… В ноябре 1984 года, когда я только пришел работать в Подольский горком, завершалась подготовка доклада к отчетно-выборной конференции. Захожу в кабинет первого секретаря В.Ионова. Он склонился над бумагами, рядом – третий секретарь Т.Штукина. Обсуждали серьезную проблему: сколько раз упоминать генерального секретаря К.Черненко: два или три раза? Спорили, консультировались с горкомом партии. И такое было.

С.С.- И сами доклады переписывались под копирку, только года и цифры меняли. И ненужных отчетов массу приходилось готовить…

В.Е. - …порой высасывая из пальца.

С.С.- Это отнимало много времени, но все же удавалось сделать много полезного. Вспомни, как начиналось строительство молодежных жилых комплексов (МЖК). Первый возводили в Калининграде (ныне Королев), второй – в Свердловске, а третий – у нас, в Климовске. Молодые семьи получили реальную возможность относительно быстро обзавестись новой квартирой. Независимо от очереди. Правда, приходилось немало потрудиться, но  каждый знал, что работает ради своей семьи и своего будущего.

В.Е. – В первые годы перестройки было много энергии и энтузиазма. Верилось в лучшее, может, поэтому и удавались проекты, казавшиеся прежде немыслимыми.

С.С.- Кое в чем мы даже были пионерами. В 1987 году впервые в СССР нам удалось создать садоводческое молодежное товарищество. Готовилось празднование 70-летия комсомола. Мы хотели отметить этот юбилей неординарно. И тут инициатива снизу: давайте создадим садовый кооператив в честь 70-летия ВЛКСМ. Сначала трудно было поверить, что может возникнуть прецедент в масштабах страны. Но с помощью районной власти он был создан. Сколько тогда было желающих обзавестись дачным участком! Объявили конкурс, разработали бальную систему, учитывали буквально все: работу, учебу, участие в общественной жизни, семейное положение и т.д.

В.Е.- Вот так работали с кадрами. И для МЖК отбирали, и в депутаты рекомендовали, и направления в органы внутренних дел давали.

С.С.- Была система. Пусть в чем-то забюрократизированная, но она позволяла знающим и энергичным поступать по комсомольской рекомендации в институт, а потом становиться хозяйственными руководителями среднего звена. А с таким послужным списком можно было  пойти на повышение в партийные и хозяйственные органы. А потом снова вернуться на производство, но уже в качестве директора. Подобных примеров в Подольске немало.

В.Е. – А формы поощрения? К примеру, система молодежного туризма «Спутник». Конечно, как и везде, не обходилось без блатных, но ведь и простые рабочие, инженеры получали путевки.

С.С. – По путевке «Спутника» я ездил отдыхать в Индию. Там встретил наших соотечественников, они приехали по профсоюзной линии. Спросил, сколько заплатили, оказалось в два раза больше, чем мы. А все то же самое: отели, экскурсии, питание.

В.Е. – Но порой приходилось чувствовать себя словно не в своей тарелке. Особенно во время кампании по борьбе с алкоголем. Бывало, подъезжаешь к поселку Щапово и видишь уникальную надпись: «Зона трезвости». Именно зона! Каково!?

С.С. – Раньше зона, а теперь сельское поселение.

В.Е. – Это явный прогресс. И все же вспомним, какие новшества внедрялись в тех безалкогольных зонах. А к ним, по большому счету, надо относить всю нашу территорию. Закон везде был один.

С.С. - Открывались безалкогольные кафе, в них проводились различные мероприятия. Все бы ничего, но возникали ситуации, когда отсутствие спиртного выглядело нелепо. Вышестоящие органы требовали проведения новых обрядов, в частности, безалкогольных свадеб. Я присутствовал на одной такой свадьбе. В то время, чтобы ее провести  в кафе, нужно было заранее подать заявку и ждать своей очереди. Для «безалкогольников» кафе распахивало двери по первому требованию. Да еще профкомы денег выделяли. Только гуляй на трезвую голову. Молодежь к этому относилась  с юмором, но люди постарше недоумевали: зачем их вообще позвали. Ну, а теперь у нас другая крайность… Качели, одним словом.

В.Е. – Сейчас уже мало кто знает, что памятник Подольскими курсантам сварили комсомольцы завода имени Орджоникидзе, а на территории музея «Подолье» сохранился музей истории комсомола. Он построен на те самые привлеченные средства, о которых мы говорили вначале беседы. Создавали его долго, лет семь, а открыли в бытность твою первым секретарем. Я помню, как активно помогали готовить экспозицию ветераны комсомола:  О.Дзбановская, А.Кошмина, В.Бедкин, Ф.Земсков и их товарищи. Все они ушли из жизни, а музей остался.

С.С. – Это было событие. О нем много писали, ведь таких музеев по пальцам можно пересчитать. Все уходит, меняется идеология, но надо сохранять память об ушедшей эпохе и о ее лучших людях. Для кого-то это понятие сегодня может звучать странно: музей комсомола. Но стоит в него придти, сразу ощутишь себя в другом времени, почувствуешь его дух. По фотографиям, документам, экспонатам.

Тот совет ветеранов комсомола после 1991-го года перестал существовать. Но прошли годы, и начинаешь понимать, что его надо создавать заново. Благо, есть энтузиасты, появились новые ветераны, и, главное, сохранился музей комсомола, который может и должен стать центром просветительской работы.

В.Е. – Что ж, к 90-летию ВЛКСМ тряхнем стариной?

С.С. – Обязательно.

 

 

  

Материал взят из журнала "Деловой Подольск" №5(8) за 2008

 

 


© ООО "Информация", г.Подольск, 2006. Все права защищены. Копирование и распространение материалов сайта без разрешения владельцев запрещено. E-mail: mail@podolsk-news.ru

Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл №ФС 77-24670 от 16 июня 2006 года, выданное Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия.

Настоящий ресурс может содержать материалы 16+

Rambler's Top100